Home

Рав Шломо Зелиг Аврасин

ПАСХАЛЬНАЯ ЖЕРТВА

Накануне Исхода из Египта каждый еврейский дом стал подобен Храму, а каждый дверной проем — жертвеннику. Также, как заклание обычных жертв проходило в храмовом дворе, и их кровью кропили внешний алтарь, так и сыны Израиля в Египте готовили в своих домах пасхальную жертву, и помазывали кровью ягненка косяки и притолоку. Так об этом сказали наши благословенной памяти Мудрецы: «Три жертвенника было там: притолока, и два косяка» (тр. Псахим, 96а).

Так было во время первого Песаха, который отмечали еще в Египте, и нечто похожее происходило во время празднования Песаха в последующих поколениях. После того, как кровью пасхального ягненка кропили подножие жертвенника, а некоторые части жертвы воскурялись на самом жертвеннике, «хозяин брал свою пасхальную жертву вместе со шкурой, и относил ее в свой дом в Иерусалиме, там жарил ее, и вечером вкушал ее мясо» (РаМБаМ, Законы пасхальной жертвы, 1:6). То есть, каждый дом в Иерусалиме, где сыны Израиля ели пасхальную жертву, словно превращался в храмовый жертвенник».

Пасхальная жертва — единственная в своем роде. В Торе упомянуты жертвоприношения двух типов — личные и общественные, и у каждого типа есть свои определенные характеристики и законы. И только пасхальный ягненок несет в себе черты как общественной, так и индивидуальной жертвы. Более того — его сложно отнести к какому-либо разряду жертв — в некоторых своих аспектах он подобен благодарственной жертве («тода»), в других — жертве всесожжения («ола»), а кое в чем напоминает даже грехоочистительную жертву («хатат»). Ночь, в которую произошла казнь египетских первенцев называется «хранимой ночью», полной великих чудес. В ту полночь Вс-вышний обрушил свою мощь на Египет, и ничего похожего на это никогда не случалось, и никогда вновь не произойдет в мировой истории: «И был вопль великий во всей земле Египетской, подобного которому не было, и более не будет» (Шмот, 12:6). Поэтому неудивительно, что приносимая ежегодно пасхальная жертва имеет совершенно особенный статус, и ее тяжело отнести к какому-то конкретному виду или разряду.

Из-за наших грехов мы были изгнаны с нашей Земли, и Храм наш был разрушен, и лишены мы возможности принести пасхальную жертву во дворах Дома Вс-вышнего в Иерусалиме. Поэтому наш Пасхальный Седер имеет серьезный изъян — на наших столах нет более мяса пасхального ягненка. Когда мы произносим фразу из Агады: «Тот, кто не упомянул в Песах три вещи — не исполнил возложенной на него обязанности», то указываем лишь на мацу и марор — горькую зелень, но перед этим наш указательный палец зависает в воздухе, так как первым в этом коротком перечне стоит пасхальная жертва, на которую мы не можем указать за ее отсутствием. И когда мы вкушаем корех, особый сэндвич, говоря, что так делал мудрец Гиллель в память о Храме, центральный момент этого обычая упущен — наряду с мацой, харосетом и марором этот бутерброд должен был обязательно включать и мясо пасхальной жертвы.

Но, не смотря на это, память о пасхальной жертве осталась у нас и сегодня — это зроа, мясо на косточке, лежащее на кеаре — особом пасхальном блюде. Нам не разрешается трогать зроа, поскольку мы не имели возможности принести Вс-вышнему пасхальную жертву. Но сам факт того, что напоминание о ней находится в центре нашего праздничного стола сигнализирует нам, что Храм будет отстроен в скором времени, и мы удостоимся принести в нем жертву Песах в великой радости и веселье, и воспоем Вс-вышнему новую Песнь Освобождения и Избавления.

(По материалам книги «Бээр Мирьям — Песах)

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s